Мчал на подвиги с утра Бонифаций Монферра, Бодуэн и Де Монфор, крепок дух, отважен взор.
В каменной баранке клёво! Я очень рада, что тебе мокрая баранка понравилась. Я к баранке пристрастна, потому что моё, и хочется. чтобы все любили! Кстати ассоциция с баранкой мне не понятна. Вот ты понимаешь - почему размокшая каменная баранка? Я - таки нет.
Оранжевы Йослик, люблю-ни-магу! Я думала, у меня совсем другие будут ощущения, а она волшебная. Мне даже понравилось, что мокро, холодно и туманы. Потом летом мне жары додали на все двести. Может быть, потому что она такая округлая и с прорезью Большого канала.))) К тому же Пастернака в описаниях Венеция довольно прозаична - клоака там всякая и прочее.
Мчал на подвиги с утра Бонифаций Монферра, Бодуэн и Де Монфор, крепок дух, отважен взор.
Kianit, мне больше нравится, что Венеция - это рыба. И анатомия вписанная в географию логична. При всей моей любви к Б.Л. баранка мне кажется каким-то вымученным сравнением. Будто ему надо было о ней что-то сказать, но он не мог придумать, что. Про баранку я думала, что может, потому что когда хлеб засох и размок, на нем такие трещинки, и Венеция тоже вся в трещинках. В общем не знаю. А Ахматовское стихотворение вообще не нравится.
Бродский все-таки лучше всех о ней писал.
"Гондолу бьет о гнилые сваи. Звук отрицает себя, слова и слух; а также державу ту, где руки тянутся хвойным лесом перед мелким, но хищным бесом и слюну леденит во рту."
Хотя венецианские колокола, звонящие по утрам по всему городу мне тоже не похожи на чайные сервизы.
Кстати ассоциция с баранкой мне не понятна. Вот ты понимаешь - почему размокшая каменная баранка? Я - таки нет.
Может быть, потому что она такая округлая и с прорезью Большого канала.)))
К тому же Пастернака в описаниях Венеция довольно прозаична - клоака там всякая и прочее.
Про баранку я думала, что может, потому что когда хлеб засох и размок, на нем такие трещинки, и Венеция тоже вся в трещинках. В общем не знаю.
А Ахматовское стихотворение вообще не нравится.
Бродский все-таки лучше всех о ней писал.
"Гондолу бьет о гнилые сваи.
Звук отрицает себя, слова и
слух; а также державу ту,
где руки тянутся хвойным лесом
перед мелким, но хищным бесом
и слюну леденит во рту."
Хотя венецианские колокола, звонящие по утрам по всему городу мне тоже не похожи на чайные сервизы.